Раньше – «человеколюбивые», сейчас – волонтеры: как добровольчество формировало гражданское общество в России

На благотворительность многие смотрят, как на помощь конкретному человеку или группе людей. Но, если взглянуть шире, то добрые дела – это про объединение. В День благотворительности вспомним, с чего все началось, и как менялось отношение к волонтерству в России, и почему добрые дела были одной из форм проявления патриотизма.
Кадр из сериала "Великая"

Кадр из сериала "Великая"

Что объединяло простого крестьянина и первое лицо государства? Оказывается, благотворительность. Волонтерству, хотя тогда и слова-то такого не было, покорны были все сословия.

Принято считать, что история добровольчества в России начинается со времен императрицы Екатерины II. В конце XVIII века она создала сеть воспитательных домов для детей-сирот. Сюда попадали, в том числе незаконнорожденные младенцы, «подкидыши». От императрицы воспитательные дома получали внушительные суммы. Причем, она верила, что из этих ребятишек можно создать третье сословие «образованных людей, которые способны служить отечеству и владеть различными ремеслами». Учеников разделяли «по даровитости». Самые талантливые изучали помимо основных предметов, таких как русская грамота, арифметика, география, еще и иностранные языки. Многие мальчики по выпуску из воспитательного дома поступали в Московский университет, а девочки - в мещанское отделение Смольного института благородных девиц.

Работали в таких «домах» добровольцы. Любопытно, что дело это сплотило и титулованных особ, вельмож, они входили в опекунский совет. Их служба по управлению Домом тоже никак не оплачивалась, хотя они посвящали ей значительное время. Служить другим считалось почетным, потому что именно так каждый – от волонтеров-педагогов до богатых людей в опекунском совете вносили свой вклад в лучшее общество, каждый неравнодушный человек считал себя патриотом.

Первый «фандрайзер» - князь 

Но объединять людей ради доброго дела на самом деле начали задолго до Екатерины II. И сделала это Церковь. После Крещения Руси в 988 году первыми, кто стал безвозмездно, не по зову долга, а по личному желанию трудиться во благо других  - были монахини. 

А князь Владимир Святославович в эти же годы сделал «добровольчество» практически госпрограммой - все малоимущие могли приходить на княжий двор и получать продовольствие и деньги. Тем, кто не в состоянии по здоровью прийти, продукты привозили на дом! Телега с «гуманитаркой» курсировала по адресам. Особенно важным был Устав 996 года, который официально закреплял за духовенством обязанность «заниматься общественным призрением», уставом определялась десятина из казны на содержание больниц, церквей и монастырей. Это фактически был первый закон о благотворительности. Сам князь активно помогал народу, видя в том проявление любви к стране. Князя Владимира называли даже «истинным отцом всех бедных». 

Владимир Святославич на памятнике «Тысячелетие России» в Великом Новгороде. Фото: Википедия

Владимир Святославич на памятнике «Тысячелетие России» в Великом Новгороде. Фото: Википедия

Он вошел в историю, как первый «фандрайзер» Древней Руси. Не по названию, конечно, а по сути. Князь открыл богадельни и первые приюты для сирот, содержали которые за счет пожертвований. Деньги собирали в деревнях, где расположены были приюты. Точно также появились первые благотворительные больницы. Трудились тут добровольцы-медики, плату за свою работу не брали.

Но помогать народ был готов и без указов «сверху». Например, в деревнях существовал очень мудрый обычай – «Помочи» (от слова «помочь»). Жители собирались и всем коллективом помогали соседям в тяжелой работе. Решение, кого поддержать, принимали в сельской общине. Обычно адресатами помощи становились вдовы, семьи погорельцев, старики, больные люди. Всей деревней отстраивали дома тем, у кого жилье сгорело, ставили печи, помогали в поле, даже убирались в избе. В некоторых деревнях России эта традиция жива до сих пор.

Знакомое многим сегодня понятие «гостевая семья», когда ребенок-сирота временно (например, на выходные) попадает к участникам социальной программы в дом, тоже родом из деревни. Конечно, тогда у явления не было никакого называния, и принимающие сироту семьи даже не догадывались, что они волонтеры. Делали все по зову сердца. Ребенок, оставшийся без родителей, переходил на кормление из дома в дом. Иногда ему даже назначали «общественных родителей».

При Иване Грозном благотворительность была тесно связана с государственностью.  Царь издал законы, которые были направлены на помощь людям, которых сейчас бы отнесли к социально незащищенным слоям населения. Эти законы в сфере благотворительности  также поддерживали и церковь. Но ни о каких меценатах или народных пожертвованиях речи не шло, спонсировались «добрые программы» из казны.

И только при царе Алексее Романове знать и богатые люди по примеру царской семьи стали по доброй воле активно  заниматься благотворительностью. Алексей Михайлович ввел практику посещать богадельни и тюрьмы, а также устраивать праздники с раздачей милостыни накануне Рождества и Пасхи. Близкий советник царя Алексея Михайловича,  Федор Ртищев, вошел в историю, как первый в России человек, попытавшийся  объединить частную благотворительность с государственной. В 1654-1656 годы, когда шли войны с Речью Посполитой и Швецией, Ртищев создал больницы для раненых солдат. Лечили там не только русских солдат, но и пленных поляков и шведов. Ртищев на свои собственные деньги выкупал русских солдат из плена. Не ради славы и из любви к Отечеству и из уважения к русскому солдату. Он решил, что в стране бедняки и немощные не должны жить без помощи. Поэтому, по его инициативе в специальные дома и богадельни стали брать немощных стариков, калек, где их содержали и лечили на постоянной основе до конца жизни.

Уже в эти годы стали появляться люди, способные на сострадание и реальную помощь ближним, при этом их можно считать новым классом. Помогали не только из-за собственной доброты. Добрые дела стали расцениваться как служение в пользу общества, в пользу государства – это новая форма патриотизма.


Императорское человеколюбивое общество

Внук Екатерины II, Александр I, продолжил ее дело, связанное с развитием благотворительности. В 1802 году он стал инициатором одной из крупнейших в истории, как сейчас бы сказали, некоммерческих организаций,  Императорского человеколюбивого общества. Это было не только самое крупное сообщество филантропов и целая сеть благотворительных проектов, общество поставило рекорд по существованию – больше 100 лет (до 1918 года).

 Свое решение о создании общества Александр I подкрепил именным указом.

«Чтобы показать, как близки сердцу моему несчастные жертвы ожесточенного рока, беру под особливое покровительство свое как утверждаемое в здешней столице благотворительное общество, так и всякие другие». (Полное собрание законов Российской империи. Т. XXVII. № 20266).

Фото: russiangiant.ru

Фото: russiangiant.ru

Организация должна была помогать беднякам, больным, сиротам, вдовам – «без различия пола, возраста и вероисповедания, при всех проявлениях их нужд от младенческого возраста до глубокой старости».

Император понимал, что народными пожертвованиями решить проблемы бедности нельзя. Не найдется у простого «люда» столько денег. Поэтому в основной состав общества пригласил богатых купцов и дворян. Их деньги и стали «стартовым капиталом». Зажиточные помещики передавали в дар Человеколюбивому обществу свои имения вместе с крепостными крестьянами, которые обязаны были платить денежный оброк. Например, в 1834 году московская купчиха Матрёна Набилкова пожертвовала Человеколюбивому обществу две каменные лавки в Китай-городе. Лавки сдавали, а вырученные деньги направляли на содержание детей, оставшихся сиротами после холерной эпидемии 1830 года. «Дом призрения сирот мужского пола» для таких ребят Матрёна Набилкова открыла вместе с супругом тоже на свои собственные деньги.

Интересно, что заниматься такой щедрой благотворительностью было уже тогда почетно. Быть человеколюбивым означало то же самое, что и быть человеком, который любит свою страну. Поэтому группы филантропов стали охватывать самые разные сферы. Кто-то помогал, жертвуя деньги и помещения, кто-то был, как сказали бы сейчас, волонтером Pro bono.

Например, в 1802 году в Санкт-Петербурге открыли Медико-Филантропический комитет. В него вошли самые известные доктора столицы. Они взялись на общественных началах создавать медицинские благотворительные заведения и курировать уже созданные больницы для бедных.

Был в истории Общества меценат, который вносил пожертвования 15 лет! Граф Сергей Орлов-Давыдов выделил в сумме  679 тысяч рублей на детскую больницу Святой Ольги в Москве.

Под эгидой «Человеколюбивого общества» появлялись  приюты, богадельни, родильные дома, амбулатории, гимназии, больницы, столовые, дешевые аптеки. Всеми своими делами участники «Человеколюбивого общества» оправдывали название своей организации – любить ближнего и помогать, невзирая на пол, возраст, сословие. Благодаря «человеколюбивым» знать и бедняки встали на одну линию, это важный для страны момент, когда благодаря благотворительному проекту народ всех «мастей» стал ощущать себя, как одна семья большой страны.

В Обществе поняли, что важно давать «не рыбу, а удочку». То есть помочь сейчас, чтобы у человека появилась возможность самому, потом заботиться о себе. Современные инклюзивные мастерские  берут начало именно с тех времен. Первые трудовые мастерские появились в стенах приютов и богаделен Москвы и Санкт-Петербурга. Здесь «неимущие, кои в состоянии работать», шили, обучались столярному делу и получали  плату за свою работу.

Благодаря «Человеколюбивому обществу» фактически произошел прорыв в сфере благотворительности. Охватывали направления и те категории людей, которые были в тени. Например, создано убежище для женщин-инвалидов («Дом убогих»), общество занялось образованием детей бедняков – в школах и гимназиях не только учили, но и готовили к какому-либо ремеслу.

Примечательно, что филантропы поддерживали и науку. Задались целью развивать исследования в области серьезных болезней, и в этом видели свой вклад в будущее страны. Петербургский купец  Александр Елисеев вместе с супругой Еленой поддерживал крупными суммами «Еленинскую бесплатную больницу для бедных женщин, страдающих раковыми болезнями» в Петербурге. Только за  1911 год от мецената поступило 300 тысяч рублей на содержание больницы. А в 1913 году Елисеев пожертвовал еще 30 тысяч рублей на создание «экспериментальной  лаборатории по изучению злокачественных новообразований, обставленной необходимым инвентарем по биохимии, гистологии, серологии и онкологии» (Отчет Императорского Человеколюбивого общества за 1913 год. СПб., 1915).

Фото: www.citywalls.ru

Фото: www.citywalls.ru

Причины помогать у каждого были свои. Например, вице-адмирал Платон Лисянский, после смерти маленького сына, в 1883 году открыл в Петербурге дневные ясли под названием «Денная колыбельня Господа Нашего Иисуса Христа, учрежденная в память отрока Василия». Лисянский до конца своей жизни содержал ясли, куда бедные родители могли приводить детей. И помог даже после – по завещанию мецената «Денная колыбельня» получила еще 92 979 рублей.

Но какими бы не были личные причины, именно «Императорское человеколюбивое общество» сделало так, что не заниматься благотворительностью в России было уже даже неприлично. Это, конечно, негласное правило, но все, кто любил свою страну, должны были вносить свой вклад в развитие общества и помогать нуждающимся.  

В 1858 году деятельность участников Общества  приравняли к государственной службе. А с 1897 году членов Общества и крупных меценатов стали награждать особым нагрудным знаком – эмблемой Общества под императорской короной, обрамленной венком из дуба и лавра, с надписью «Возлюби ближнего, как самого себя».


Помогать без слова «благотворительность» 

Считается, что благотворительность во времена Советов была практически уничтожена. Деньги с 1917 года национализировали, многочисленные богадельни, приюты – остались без попечителей. Потому что в Империи благотворительность была по большей части делом богатых людей.

Вот как, например, в Большой Советской Энциклопедии 1950 года объясняют слово «благотворительность»:

«Помощь, лицемерно оказываемая представителями господствующих классов… некоторой части неимущего населения с целью обмана трудящихся и отвлечения их от классовой борьбы».

Или:

«При социализме благотворительность не нужна, — указывалось в энциклопедии, — поскольку в обществе уничтожены нужда и нищета».

Даже  когда в 1921 году на территории Поволжья начался страшный голод, власти с большой опаской разрешили писателю Максиму Горькому написать ставшее известным во всем мире обращение «Ко всем честным людям». Оно было опубликовано на Западе в конце июля и имело большой международный резонанс. Горький тогда был председателем  Комитета помощи голодающим. Доходило до того, что когда голодал Казахстан, власти отправили обратно в Европу благотворительный груз, собранный западными общественниками.  

Благотворительность как явление «щедрого жеста» исчезла. И после бурного расцвета эпоха меценатов завершилась.

Но все-таки благотворительность в Советском Союзе существовала, правда, совсем уже в иной форме, не такой, как раньше.  После Октябрьской революции 1917 года добровольчество приобрело формы глобальных общенародных инициатив. Делать важные дела «всем миром», «ради общего блага» - стало долгом каждого человека. Но это была уже народная помощь – человек-человеку.

Кумиром подростков становится герой повести «Тимур и его команда». И вот уже все мальчишки называют себя «тимуровцами». Повесть Аркадия Гайдара и вышедший  в 1940 году на экраны фильм о мальчике, который помогает другим, стали толчком к созданию общенационального движения, в котором оказались миллионы детей пионерского возраста. В благотворительность вовлекаются дети и подростки.

Пик популярности на «тимуровцев» пришелся на годы Великой Отечественной войны. Ребята помогали семьям фронтовиков: кололи дрова, носили воду, помогали по хозяйству. Тимуровцы становятся массовым патриотическим движением пионеров и школьников. Государство такую благотворительность поощряло, поскольку движение было одним из методов патриотического воспитания молодежи.

Кадр из к/ф "Тимур и его команда" (1976)

Кадр из к/ф "Тимур и его команда" (1976)

Команды «тимуровцев» были в каждом городе и почти в каждой деревне по всему Советскому союзу.

-  Только в Челябинской области в 1942 –1943 годах насчитывалось свыше 3 тысяч тимуровских команд общей численностью 28 тысяч человек, - пишет кандидат исторических наук Алексей  Балакирев, занимающегося изучением истории тимуровского движения.

Взрослые не отставали. В СССР добровольческое движение было связано с крупными всесоюзными мероприятиями, массовыми субботниками, сборами макулатуры, металлолома, бесплатной работой на заводах с перечислением средств на нужды детских домов. Почти за каждым предприятием закреплялись «подопечные», работники брали шефство над каким-то одним или несколькими детскими домами, школами, больницами, учреждениями культуры…

Трудиться на благо страны и соотечественников было в большом почете. Помогаешь человеку – помогаешь стране. Распространялась практика реальной помощи, физической, гуманитарной, но собранной народом. Объединяться во благо людей и страны становится долгом гражданина.

В 50-х года появились дружины по охране природы. Первая эко-дружина создана молодежью Ленинградской лесотехнической академии. Это направление добровольчества за 20 лет стало настолько популярным среди студентов, что из 29 молодежных организаций, существовавших в 1972 году, больше половины – назывались «Дружина по охране природы». 

Справедливости ради отметить, благотворительные фонды, именно советские благотворительные фонды существовали. Например, Художественный фонд, Фонд культуры СССР, Детский фонд имени Ленина, Фонд мира. Они не были, как сейчас руководимы сообществами активистов, это были полностью государственные организации.


НКО из народа и гранты 

После распада СССР благотворительность в России начала возрождаться. Первые подобные организации появились благодаря иностранным компаниям, которые поддерживали российских ученых и деятелей культуры. А после – наши соотечественники и сами стали объединяться под эгидой добрых дел. Одни из старейших фондов – «Русфонд», «Вольное дело».

То, каким мы видим некоммерческий сектор России сейчас, это результат бурного развития, который произошел за каких-то 15 лет. Началом этого этапа можно считать 90-е.

Появился закон, который  регулирует деятельность благотворительных организаций (Федеральный Закон № 135 от 11.08.1995 года «О благотворительной деятельности и добровольчестве (волонтерстве). И даже – собственный праздник: 5 декабря в России отмечается День добровольца (волонтёра). Указом Президента России № 572 от 27 ноября 2017 года праздник стал официальным.

Фото: Добро в России. МыВместе

Фото: Добро в России. МыВместе

Изменения в обществе за эти годы произошли огромные. Особенность этого исторического этапа развития благотворительности в России в том, что теперь сами люди, лучше всего знающие проблему изнутри, могут создавать НКО. Примеров масса – родители детей с инвалидностью объединяются в сообщество, им лучше всего известны потребности семей с особенными малышами, они прошли на себе все то, с чем сталкиваются мамы и папы, впервые услышавшие диагноз ребенка. Эти знания и опыт помогают лучше понять потребности «благополучателей». Такого не было раньше. Как и не было финансовой возможности для реализации соцпроектов у людей из народа. Теперь эту возможность дают гранты.

Помощь людям официально становится не только призванием, но и профессией. Для НКО запускают образовательные программы, обучение. Появилось новое понятие – фандрайзинг. Это тоже целая наука о том, как вести сборы.

Волонтерство становится не делом избранных, а деятельностью, которой могут заниматься все – от малышей в детском саду до пенсионеров. Этот этап объединил все лучшее из каждого столетия – правильный «коллективизм», когда народ объединяется ради того, чтобы сделать общество и мир вокруг лучше (строят приюты для животных, всем миром наводят порядок на берегах рек, в лесах, есть даже примеры, когда на пожертвования отстроили целый детский хоспис европейского формата – в Омске); участие в благотворительности известных людей, предпринимателей – они становятся амбассадорами фондов, а иногда и сами открывают некоммерческие организации. Но при этом благотворительность остается одной из форм патриотизма, ты, как часть общества, помогаешь менять жизнь в стране в лучшую сторону. 

Появляются отдельные проекты, направленные на развитие чувства патриотизма у молодежи. Но даже программы эко-направленности, проекты помощи детям-сиротам, людям с инвалидностью, животным – это все тоже про любовь к стране, потому что общественники своими делами делают лучше ту сферу, в которой работают. Государство и бизнес поддерживает эти начинания, выделяя гранты, средства на социальные программы. А главное – такие проекты поддерживает простой народ. И возможностей, как помочь, становится все больше – можно даже поддержать проект одной кнопкой мышки на компьютере.

Фото: Добро в России. МыВместе

Фото: Добро в России. МыВместе

Конечно, развитие благотворительности, как явления, в России не закончено. В кругу НКО уже сейчас говорят о необходимости выведения работы сектора на новый уровень. Пока в вузах не учат на волонтеров, нет полноценных образовательных программ для общественников, подобные курсы запускают только  сами НКО, делясь опытом. Возможно «общественник» в будущем станет полноценной профессией, с дипломом, специальной программой о том, как вести бухгалтерию некоммерческой организации, писать заявки на гранты, заниматься фандрайзингом.

Сами НКО признаются, что одна из их задач – формирование культуры благотворительности в России. И, судя, по результатам различных опросов, этот процесс идет в правильном ключе. По данным опроса  ВЦИОМ за 2021 год, 38 процентов россиян считают, что общественные организации приносят реальную пользу. 

 - Большинство россиян (85%) считают, что государству следует помогать волонтерам, активистам общественных движений и некоммерческих организаций. Россияне вовлечены в благотворительность: за последние четыре-пять лет каждый четвертый (24%) передавал вещи и игрушки в детские дома или дома престарелых, каждый пятый (21%) вносил деньги на счет людям, нуждающимся в помощи, 16% давали милостыню, 15% вносили деньги на счета благотворительных организаций, 7% участвовали в волонтерской работе, а 6% — в благотворительных акциях, - сообщают о результатах исследования в ВЦИОМ.

Читайте также

Мария Ли – подопечная Центра помощи пациентам «Геном» из Всеволожска Ленинградской области. В письме Патриарху девочка рассказала о...
«Ассоциация мастеров» - это содружество мастеров, профессиональных педагогов, которые помогают детям раскрывать свои таланты. Под...
10:09, 15 июля 2024
2,5 года назад Артем стал донором гемопоэтических клеток для Димы, у которого в 2020 году диагностировали первичный иммунодефицит. Долгожданную встречу донора и пациента организовал Национальный регистр доноров костного мозга имени Васи Перевощикова.
Рита и маленькая Кира стали участниками групп, которые организует фонд «Дети +» для общения и поддержки детей, подростков и их родителей и опекунов. Здесь взрослые могут найти тех,к то их поймет, а дети принять диагноз и научиться с ним жить.
18:27, 9 июля 2024
Илюше было три, когда его родная мама погибла – сгубили опасные зависимости. И он попал в больницу, откуда должен был попасть в детский дом. Но этого не произошло из-за Оксаны. Она усыновила мальчика, не испугавшись сложностей и диагноза ребенка.
09:19, 21 июня 2024
Руководитель благотворительной клиники «Другая медицина» сопровождал мужчину в другую страну, во время поездки челябинский доктор Евгений Косовских успел помочь ещё и испанке, которая упала в овраг и повредила лодыжку.
08:48, 21 июня 2024
Сообщение отправлено!

Благодарим Вас за сотрудничество!

Восстановить пароль
Регистрация